Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

Пацюки

«С вас 135, хлопцы!» Тётя придвинула блокнотик с товарными чеками: «Скилько вам напысать? Плюс сорок?» «Нурмально. Дякуемо, Уксанко». Парни рассчитались, подхватили чек и свои плинтусы, еще что-то, и пошли, клубя морозным паром. Вот так и зарабатывают на нас те, кто приехал в Киев из депрессивных регионов - делать кладку, штукатурить, тянуть кабель, стелить ламинат, подключать бойлер и прочее; они, эти люди, за всё и без стыда берутся. Это они застенчиво мнут шапку и говорят нам: «Мы, дядьку, багато не визьмем. Зробым дуже качественно!» И мы, дураки, верим. Потому что, обратись в строительную фирму – там ещё больше сдерут!  
Они за всё, эти организмы, берутся – потому что зарабатывают не честным трудом, а вот таким вот мелким воровством на чеках с базара: купили товара на 135 гривен, а заказчику расскажут, что потратили 185! При этом даже лоб не перекрестят – прости, Господи, что забираю у вдовы, у старика-пенсионера, у семьи, насобиравшей несколько сот, чтобы поменять, наконец, советский линолеум на кухне! Толстосумам они побоятся такой чек подсунуть – те прорабов нанимают, которые следят за воришками, цены знают и на корню пресекают жульничество. А здесь – раздолье!
Когда вроде как свои у своих же воруют – это как, граждане, называется? И путины с порошенками здесь вообще не при чём!

Горькие выводы
Во-первых, до тех пор, пока есть такие «уксанки» с чеками на киевских строительных рынках, крысятничество продолжится. А во-вторых, это ведь те же «майстры» поджидают вас с вашим оплаченным товаром на выходе из строймаркета и застенчиво просят подарить им кассовый чек - «якщо не нужен».
И мнут шапку в руках...

 

О домах с причудами и о гениальных чудаках

Мой друг из коломыйского музея Любомир Кречковский был уникальным человеком. «Я – злочинный элемент, Сашко. Я – звычайнисенький преступник», - говорил он мне тихим голосом, когда мы, нарезав  и налив, сидели в номере московской гостиницы. На самом деле, он был патриотом, он искренне любил Украину и украинское, и заражал этой немыслимой и не показной любовью всех вокруг себя.
В советские времена, например, когда об иконах говорили вполголоса, а их музейные коллекции попросту ликвидировали – «путём списания», Любомир Владимирович лично всё убрал с экспозиции и, перед проверкой Минкульта, спрятал, стащив невероятную по количеству, красоте и уникальности коллекцию икон Покуття - на стекле, в крайнюю комнату. Закрыл на ключ. Потом подумал и  … замуровал комнату, заложив её кирпичом и завесив новую стену гуцульскими лижныками и топориками-топирцями. Комиссия искала, но не нашла. Зато теперь эта коллекция – украшение Музея в Коломые! Вот какой он был «звычайнисенький преступник»…
Он – в советские времена, нервный, худой и подвижный, смело входил во властные партийные кабинеты, и, подумать только – требовал предоставить коломыйскому собранию расписных яиц отдельное здание! Потому что он и только он знал цену этим миниатюрам. На него смотрели, как на пришельца: какие яйца? А детсады, а школы, а новое здание горкома партии, наконец? А он требовал! И добился – правда, уже во времена независимости. Когда в Коломые, наконец, задумались о строительстве Музея писанки, то именно он сочинил проект, который представлял новое здание в форме …расписного яйца.  Все привыкли, что здание - это сооружение с четырьмя стенами, крышей и окнами, иными словами, со стандартным набором конструктивных элементов. Именно поэтому во властных инстанциях долго пришлось убеждать чиновников разного ранга, почему этот «яйцеобразный» проект украсит древний город.
Это потом, уже после кончины Любомира, такое же интересное здание построят в Индии - в Мумбае-Бомбее. Оно тоже имеет форму яйца; правда, площадь помещений такого «яичка» около 32 тысяч квадратных метров. Там самые новейшие достижения науки и техники, потому что создатель этого чуда - всемирно известный архитектор и дизайнер Джеймс Лоу. Конечно, в форме яйца выполнен лишь фасад здания, внутри строение выглядит вполне обычно, а на 13-ти этажах здания располагаются офисы, в верхней части здания находится сад, который несет еще одну функцию, кроме украшения: это теплоизоляция конструкций здания, защита от жарких солнечных лучей.
Потом в центре Лондона появилось здание в форме яйца Фаберже, потом возник проект нынешнего Президента: здание-Писанка на Рыбальском острове в Киеве (неосуществлённый)… Но это всё потом… А Любомир был первым!
В 2000 г. музей был открыт в новом здании, частью которого является памятник собственно писанке; её высота - 13,5 метров. Музей писанки стал хранилищем шести тысяч дошедших до нас древнейших символов Пасхи – расписанных нашими предками вручную оболочек яиц, ни одно из которых не повторяется.
Любомир Кречковский добился своего. Он достоин такого памятника – пусть земля ему будет пухом!
images (9)

В моргах Донецка

Вот такой май...И если Петр мог тихо победить в октябре 2014 года на президентских выборах - кто там верил в Януковича и его авторитет, то зачем нужно было выводить юнцов и бомжей на майдан и с ноября 2013 года ежедневно увеличивать количество ненависти в обществе? Славно, не то, что Петр победил, а то, что ублюдок и неофашист набрал менее 1 процента; истинная цена и популярность бандеровщины установлена. Жаль, что яценюки и пр. продолжают скользить липкими телами по теплым плитам Грушевского. А так - всё нормально...
В моргах Донецка насчитали 51 жертву вчерашнего боя

1290802397

Динамовский бенефис

По итогам года в прежние времена принято было отчитываться. В декабре поэтому традиционно проходила уйма всякого рода собраний. На них - традиционно, рассказывалось очень корявым языком о том, какие нечеловеческие усилия нужно было применить, чтобы достичь: повышения урожайности огурцов в два раза, увеличения опороса свиноматок – в восемь, приёма в комсомол – в три. Всякие были рекорды – но такого достижения, как «Динамо» Киев, просто никто не ожидал.
4 декабря 1985 года через проходную МВД УССР въехал автобус "Икарус" с надписью "Динамо - Киев" на борту. Он остановился у главного входа в Министерство. Пассажиры автобуса протопали мимо бронзового Феликса Дзержинского в зал заседаний МВД. В 18.00 началась встреча сотрудников центрального аппарата МВД со ставшими уже легендарными бойцами команды Лобановского - они "раскатали " в уходящем году голландский "Утрехт" и "Университатя" из Румынии. Динамовцы Киева реально в очередной раз заявили о себе в Европе и двигались к Кубку - тому самому..
Встреча с сотрудниками МВД была традиционной - "Динамо" было создано 13 мая 1927 года, а ОГПУ, правопреемником которого является МВД, было у истоков. Поэтому собрание было не первым, игроки скучали откровенно; Лобановский В.В., которому были адресованы основные, заранее составленные политотделом, вопросы, выглядел усталым. Наконец, на все записки ответили, и все стали расходиться.
Я прибежал в зал одним из последних. В семь меня тоже ждал свой "отчёт" - у Первого замминистра. Поэтому я захватил с собой статистику, короткую пояснительную записку и - Уголовный кодекс УССР. Так, на всякий пожарный, потому что речь в записке шла о некоторых изменениях к Закону. Я даже не думал о том, что Уголовный кодекс до настоящего времени будет напоминать мне о том дне - я пробрался на сцену, подошёл к Валерию Васильевичу и попросил автограф. Лобановский расписался, потом перевернул Кодекс и посмотрел на обложку. "Володя!, - обратился он к Веремееву, начальнику команды. "Вот это нам надо закупить и раздать каждому. Пусть читают!"
Что имел ввиду Валерий Васильевич, осталось непонятным. По-меньшей мере, для меня. Однако в следующем году "Динамо" завоевало Суперкубок.
Возможно, мой Кодекс стал подсказкой Лобановскому, как разгромить 3:0 "Атлетико", Мадрид?


Воспринимать коллаборационистов как спасителей нации не хочу!

Оригинал взят у mikle1 в "Лучшее место на Земле."
"Бывший военный городок. Лучшее место на Земле. В советское время в панельных домах посёлка были расквартированы семьи офицеров Советской Армии, служивших в воинской части, располагавшейся неподалёку. В августе 1994 года Российские войска были полностью выведены из Эстонии, и семьи офицеров покинули Клоога, исключение составляют лишь семьи бывших военных, получившие вид на жительство."                                 
(Цитируется дословно)"                                       
http://stopnazi.users.photofile.ru/photo/stopnazi/3151829/xlarge/71818077.jpg







http://stopnazi.users.photofile.ru/photo/stopnazi/2444938/xlarge/46049364.jpgИз протокола осмотра:
"...В жилом помещении нижнего этажа здания перед дверью беспорядочно лежат трупы мужчин и женщин, а также в первом и во втором проходе между нарами, в проходах трупы лежат лицом вниз в два-три ряда вдоль прохода, один на другом наподобие черепичной крыши, головы верхних трупов лежат на середине туловища нижних, ногами к дверям.
Collapse )

На обочине (пьеса)

 ПЬЕСА В ОДНОМ ДЕЙСТВИИ

Действующие лица:

Министр – мужчина 22-60 лет

Садовник – женщина с лицом сильнопьющего мужчины

Вениамин, водитель Министра – на сцене не появляется

Цыгане, ловчие, мерчендайзеры, инспектор ГАИ, корректор, сисадмин, менеджер ВЕД, маркетолог, истопник, таксист, певица Мика Ньютон, врач-логопед, замначотдела профилактики губительных обструкций, почтальон, судья, майор внутренней службы, девушки, музыканты, духи и призраки

Зимние сумерки. Околица Киева, на подъезде к Конче-Заспе. Министр, возвращающийся с благотворительного вечера, стоит лицом или чем-то там к обочине заснеженной дороги, глядя на восходящую Луну и беседуя с водителем, сидящим за рулем его «Майбаха».

Министр:

Три вещи в мире грешном мне по душе, мой друг:

Ты думаешь – украсть? Нет - всласть поесть. Поспать. И – власть!

Хотя теперь дурные времена! Того гляди, сомкнется чертов круг!

Помилуй, Господи, не  время мне пропасть!

(С сожалением заканчивает)

К автомобилю из заснеженной чащи выходит человек неопределенного пола и возраста, наблюдавший сцену и слышавший последнюю фразу Министра. На нем куртка Kolymbia, красивые ватные брюки, заправленные в валенки с калошами. На голове – меховая армейская шапка с опущенными ушами. Отдышавшись, перед застегивающимся Министром:

Оставить в жизни след немудрено. Какой вот только?

Вот желтый снег – це тоже след а prima facie [1] ,

И где нам знаний взять, чтобы Вселенную познать умом,

Стать мудрецом вид кончиков ногтей до самой до макушки

У нас в краине бедной и печальной?

Министр (наконец, справившись с брюками и просветлев лицом):

Кто ты, разумный человек, и где твой дом?

Твои слова чудны, как в зиму песнь кукушки –

В такой глуши услышать их сплошной восторг!

Ответь скорее – кто? Похоже, депутат иль может прокурор?

(Картинно обходит лесного человека)

Садовник:

(обращаясь к сумеречным небесам, с подвыванием)

 Я был садовником. Нас много в цьому крае благодатным летом.

Теперь – никто; я жду весну, от холода вмырая.

Abeunt studia in mores[2] , незнакомец.

Прости, мне стыдно за свой внешний облик.

(Внезапно рыдает, прильнув к Министру)

Министр (не без брезгливости обняв Садовника за плечи):

Мой друг, ну что ты! Полно!

Я разглядел твой разум через платье!

В нарядах ль жизни смысл?

 (Водителю, грозно)

Вениамин! Снимай одежды

И поменяйся с мудрецом – глядишь и поумнеешь!

(Подмигивает Садовнику)

 Вениамин (не выходя из машины):

 Поехали, Петрович, ну ей-богу! Мои прикиды дорогого стоят.

А этих целые стада по трассам ходят, с латынию своею.

Надысь у Вовчика вот здесь украли шапку - что Ющенко возил.

Поехали, my darling, скоро ужин. Qualis artifex pereo ![3]

 Министр (опустив глаза, в сторону):

 Не удалось помочь, приятель, соединить приятное с полезным!

 Садовник (с горечью, заламывая руки):

 О, небо! Кто хорошо стоит, тому движение не треба.

Вот ты – и стОишь хорошо, и хорошо стоИшь! И – шо? И - шо?

Министр:

Да, толку нет - в сплошной тревоге

За завтрашний свой день!

Кто в Вене или Праге.

Иные кто в СИЗО, а кто...

Прощай!

(Вздыхая, с тоской машет рукой и уезжает)

 «Садовник»:

«Иной при месте так вздыхает,

Как будто рубль последний доживает:

Хоть по суду и не докажешь,

Но как не согрешишь, не скажешь:

Что у него пушок на рыльце есть».

Нашел, где ссать, манкурт!

Вот напишу я Пшонке pro poena![4]

(Прячет украденный бумажник)

 Хор за сценой (цыгане, ловчие, мерчендайзеры, инспектор ГАИ, корректор, сисадмин, менеджер ВЕД, маркетолог, истопник, таксист, врач-логопед, замначотдела профилактики губительных обструкций Печерского района, судья, майор внутренней службы, девушки, музыканты, духи и призраки) a capella исполняют Jägerchor (Hunters' Chorus) из оперы "Волшебный стрелок" Карла Мария Фридриха Августа фон Вебера (piano).

Мика Ньютон и подтанцовка  - безмолвно машут ручками.

Занавес


[1] А prima facie (лат.)— на первый взгляд

[2] Аbeunt studia in mores (лат.) - занятия налагают отпечаток на характер

[3] Qualis artifex pereo(лат.) — какой артист погибает!

[4] Pro poena (лат.) - в наказание

Автор выражает признательность Крылову И.А. (С.-Петербург, Россия) за советы, данные им.